Новости

Философией насилия

Работа добавлена:






Философией насилия на http://mirrorref.ru

ФГАОУ ВО «Уральский федеральный университет им. первого Президента России Б. Н. Ельцина»

Институт государственного управления и предпринимательства

Кафедра языков массовых коммуникаций

Эссе по философии

Студентки 1 курса

Группы УПЗ-171004к

Михайловской Анны

Философия часто обращает свое внимание на проблему насилия. Существует обширная традиция, которую можно было бы назвать «философией насилия». Этой темы касались практически все мыслители, занимавшиеся вопросами этического характера, политической философией, философским анализом эволюции и т.д. Вопрос о природе насилия в человеческом обществе — один из центральных для социальной философии. Сегодня, когда на наших глазах происходят большие изменения в области международного права, когда война все еще является самым распространенным продолжением политики другими средствами, необходимо обратиться к анализу тех путей развития общества, которые были предложены мыслителями, много писавшими о том, что такое насилие в человеческом обществе, откуда оно берется и можно ли представить социум без него.

В число текстов, обязательных к прочтению исследователем, обратившим свое внимание на данный предмет, входит работа Славой Жижека «О насилии». В свойственной ему провокационной манере он ставит некоторые вопросы о насилии, заставляя нас задуматься о происходящем вокруг, о тех трактовках реальности, что дают нам СМИ. Позиция автора «О насилии», как мы увидим, остается далекой от тех путей, которые наметил немецкий философов, по-настоящему создававший «критику», т.е. такой нарратив, который бы позволил аргументировать отказ от насилия как социальной практики. Оставаясь в данном произведении большим марксистом, чем он сам, возможно, о себе думает, Жижек начинает с рассуждения об изначальном насилии системы, которое является неотъемлемой частью экономико-политической структуры общества, скрепленной определенными идеологическими константами: «Когда мы осознаем некоторый акт как насильственный, мы оцениваем его с помощью предполагаемого образца, т.е. того, что мы считаем „нормальным“ ненасильственным действием».

Жижек считает наличие этого образца высшей формой насилия. Это процесс, через который осуществляется признание окружающей реальности как имеющей право быть такой, какая она есть.Если задаться вопросам правильно ли видит автор проблему насилия и дает ли он ответы как его избежать, то можно ответить и "да" и "нет". Жижек пытается со всех сторон рассмотреть проблему насилия и дать некоторые наметки путей решения, но зная его симпатии, можно увидеть как хождение по кругу заводит автора в обширные рассуждения об общеевропейской толерантности и религиозной терпимости, и там где на ровном месте возникает конфликт, быстрое его решение описываемыми им методами практически не возможно. Но как бы там не было, острые вопросы современности, волнующие автора, волнуют и нас тоже, поэтому исходя из внимательного изучения сути современных конфликтов, вкупе со знанием истории и психоанализа, а также прилежного и внимательного просмотра современного американского кинематографа, вы в скором времени сможете ответить себе и близким на вопросы: что лучше ограбление банка или открытие нового банка, и если исключить холокост, не являлось ли создание государства Израиль обычной колонизацией евреями арабов. И уже после этого, перечитав книги Жижека, несомненно помогающие ответам на нелегкие вопросы современности, еще раз, мы все дружно поймем, что нам делать и кто виноват. Особенность работы состоит в том, что автор обращается в ней к наиболее острой теме современности - рассматривая такие сюжеты как угроза глобального терроризма с одной стороны, и всепроникающая “монополия на применение физического насилия”, характерная для современного государства, с другой. Жижек всегда оптимист и всегда радикал. Радикализм в данном случае заключается в том, что он готов утверждать приоритет объективного насилия, капиталистического принуждения, общечеловеческих ценностей, мультикультурализма, толерантности и религиозной терпимости над частными проявлениями насилия субъективного, такими как исламский фундаментализм и терроризм в целом.

Включение насилия в общественную систему в качестве структурирующего элемента распространено среди мыслителей, принадлежащих к различным философским и социологическим школам. Насилие не только задает движение общественной структуре, но и само является порождением этого движения. Конечно, каждый раз, когда мы в повседневной жизни сталкиваемся с примерами крайней жестокости, нам трудно отказаться от того, что мы видим, и признать, что этого всего не существует. Вместе с тем мы должны понимать, что все происходящее не случайно, а является закономерным проявлением объективной ситуации, общественной структуры.

Идеология, являющаяся тем, что должно придать легитимный статус системному насилию, стремится облечь свое существование в форму мифа, а это значит, что ей необходимо пространство для искажения смыслов обыденного языка. Необходимо, чтобы субъективное насилие, выплескивающееся на улицы городов и деревень, было в языковом пространстве отдалено от объективного насилия. В их основу в таком случае должны быть положены противоположные принципы. Тогда борьба с конкретным (субъективным) проявлением насилия является поддержанием системы насилия объективного, чего, собственно любая идеология и добивается.

В своем очередном киноэксперименте «Киногид извращенца: идеологии» Славой Жижек начинает рассуждения с того, что мы рассуждаем не совсем верно, когда представляем идеологию в образе очков, надеваемых нами для искажения реальности . На примере фильма «Чужие среди нас» он пытается показать, что идеология имеет сущностное отношение к социальной структуре. Она является тем двигателем, который придает импульс определенным наборам общественных отношений и связей. Она не искажает реальность, она есть сама эта реальность. Именно при обсуждении этого фильма С. Жижек, по сути, ведет речь о том, что ранее высказал в работе «О насилии».

Сцена драки главного героя с его лучшим другом — это сцена субъективного насилия, прямого и жестокого, не имеющего рациональной причины, которое совершается, в конечном счете, ради насилия объективного (Нада бьет друга, чтобы он надел очки и увидел, а Фрэнк дерется, чтобы не надевать очки и не видеть). Исследователь в своем «Киногиде» в определенном смысле предлагает нам сосредоточиться на раскрытии именно объективного насилия, а не субъективного, являющегося от него производным.

Итак, Славой Жижек выделяет несколько уровней насилия — объективное, разделенное на два типа, и субъективное: «субъективное насилие — это самая видимая часть триумвирата (политическое соглашение), который также включает два вида объективного насилия. Во-первых, существует „символическое“ насилие, воплощенное в языке и его формах, то, что Хайдеггер назвал бы „наш дом бытия“. Во-вторых „системное“ насилие, или катастрофические последствия спокойного функционирования наших экономической и политической систем».

Далее Жижек замечает, что «уловка в том, что субъективное и объективное насилие не могут быть восприняты с одной и той же позиции: субъективное насилие воспринимается только в соотношении с ненасильственным нулевым уровнем. Оно кажется нарушением „нормального“, мирного положения вещей. В то время как „объективное“ является неотъемлемой частью этого „нормального“ положения вещей. Системное насилие, следовательно, есть нечто похожее на печально известную „темную материю“ в физике, аналог (counterpart) слишком видимого субъективного насилия». Именно это пространство между двумя видами насилия и использует в своих целях идеология. Философ употребляет слово «counterpart», которое в сочетание с предлогом «to» имеет значение аналога. Вместе с тем одно из возможных прочтений смысла этого слова — противная сторона в судебном процессе. Эта разница в смыслах крайне интересна и отображает диалектику объективного и субъективного в насилии так, как ее понимает Жижек. Неразрывно связанные между собой, они могут функционировать, только имея противоположные принципы в своей основе. Если, скажем, мы полагаем, что системное насилие берет свое начало в тотализирующем принципе тождественности, то импульсом к субъективному насилию должно стать стремление к различению. Обращаясь к истории, мы можем заметить, что прежде чем создать абсолютно гомогенное общественное пространство, литературно описанное как пространство «одинаковости», нацистам потребовалось добиться постоянной работы различия на субъективном уровне. Между этими двумя принципами (различия и тождественности), как и между объективным и субъективным насилием, существуют отношения, которые смело можно назвать диалектическими. Невозможно увидеть эти два вида насилия с одной и той же точки. Они не могут быть описаны одними языковыми выражениями.

Для того чтобы охарактеризовать системное насилие капиталистической системы, Жижек обращается к лаканианскому психоанализу, отличающему реальность и Реальное: «„реальность“ — это социальное пространство действительных людей, вовлеченных во взаимодействие и в процесс производства, в то время как Реальное является суровой абстракцией, призрачной логикой капитализма, которая детерминирует то, что происходит в социальной реальности». Таким образом, получается, что за любым проявлением крайней жестокости, которое приковывает к себе наше внимание, стоит определенная логика развития системы, социальной структуры. Для словенского философа эти отношения являются однонаправленными, они детерминируются одной стороной. Это позиция характерна для мыслителей марксистского толка, которые признают, что экономика в итоге детерминирует остальные сферы общественной жизни.

Жижек рассматривает три вида насилия: системное, субъективное и символическое. Самое простое и знакомое каждому из нас - субъективное насилие, которое имеет вполне конкретного "автора" и заключается в том, что действия субъекта насилия яростно вырываются из рамок допустимого поведения. Однако это только вершина айсберга. Символическое насилие не так очевидно, но при желании вполне заметно вооруженным глазом: это насилие языка, насилие идеологическое и насилие онтологическое. В общем, любое посягновение одного человека на мировоззрение другого с целью разрушить то, во что второй верит и убедить его в том, во что верит первый. Иными словами - это борьба интерпретаций, смыслов и дискурсов ( провались они сквозь землю). Есть третий тип насилия, который обеспечивает существование первых двух - это систематическое насилие. Распознать систематическое (или объективное) насилие не так-то просто, потому что оно является элементом повседневности и воспринимается как нормальное состояние вещей, таковым не являясь. Основная проблема в том, что системное насилие не подразумевает наличия субъекта, оно анонимно и обусловлено работой капиталистического механизма, ключевыми акторами которого являются так называемые "либеральные коммунисты" - господа, которые, являясь двигателями капиталистической машины, одновременно осуществляют миллионы благотворительных акций в поддержку тех, кто в этом нуждается. Эдакие армянские комсомольцы: создают себе препятствия и мужественно их преодолевают. Главное, выглядят при этом благодетелями. Удобно, нечего сказать.

Для примера мы можем обратиться к классической фотографии времен Вьетнамской войны: перед нами два человека на улицах Сайгона. Один из них, генерал войск Южного Вьетнама, держит на вытянутой руке пистолет, начинает нажимать на курок. Второй, солдат или офицер Армии ДРВ, ощущая приближение смерти, весь сжимается, изменяется в лице. Фотографу удалось остановить реальность в моменте перехода объективного насилия в субъективное. За-секунду-досмерти означает, что самого радикального акта субъективного насилия — убийства — еще не произошло. В то же время, за-секунду-до-смерти и убийца, и жертва выступают как чистые субъекты, лишенные связей с системой и ее объективным насилием. Так можно ли тогда говорить, что это убийство детерминировано социально-экономическим положением, в котором две сверхдержавы, удовлетворяя свои геополитические интересы, играют свою шахматную партию, разменивая пешку за пешкой? Жижек, судя по всему, призывает нас ответить на вопрос утвердительно. Мы же должны стремиться проникнуть в этот момент «за-секунду-до», с позиции которого и возможна критика диалектики субъективного и объективного насилия.

С моей точки зрения, подлинное отношение к другому человеку как раз и заключено в этих моментах за-секунду-до. В них оказываются несостоятельными все относящиеся к системному насилию предварительные условия, в силу которых двое оказались в пограничной ситуации. В то же самое время субъективное насилие теряет свою энергию, заключающуюся в создании атмосферы страха, т.к. самое страшное уже случилось (уже принято или отвергнуто решение стрелять в голову в упор) и заключительный акт насилия не более чем банальная развязка истории. Эта интимная ситуация предстояния друг перед другом не только является самой ненасильственной сферой, но и потенциально может обернуться радикальным насилием.

Самым красивым историческим примером, возможно, будет Карибский кризис, когда мир остановился за-секунду-до атомной войны. Эти моменты являются преградами на пути к полному доминированию системы над индивидуальным сознанием, с которым Жижек фактически смиряется. Общественные структуры, скоординированные единой идеологией, не должны допускать критических ситуаций, в которых появляется выбор. Особенно это заметно в современном мире, развивающемся через постоянные кризисы. Постоянный рост производства, его расширение достигается путем регулярных перезагрузок, удаления ненужного балласта, отбора самых конкурентоспособных субъектов экономической деятельности. Эта экономическая особенность с необходимостью должна быть нивелирована в структуре стабильными элементами, ведь иначе вся конструкция окажется под угрозой разрушения. Сглаживание углов может происходить по-разному. История ХХ в. показывает нам, что есть разные пути поведения господствующих элит в условиях, которые угрожают структуре радикальными изменениями или ее полной сменой. Революционеров и недовольных расстреливали, сажали в тюрьмы, с ними велись переговоры, они иногда входили в состав правительства и т.д. Зачастую подобные способы преодоления кризисных ситуаций мы связываем с капитализмом до его перехода в постиндустриальную фазу. Ныне реальность генерируется при помощи средств массовой информации. Необходимо внушить потребителям, что система стабильна, только пока они потребляют. Выбор, осуществляющийся в пространстве абсолютной свободы предстояния перед другим, является перекрестком, из которого вырастает как правоустанавливающее, так и правоподдерживающее насилие .В идеальной ситуации субъективное насилие является правоустанавливающим: оно не разрушает систему целиком, не угрожает ей, не играет на ее стороне, оно лишь «победоносно утверждает себя»

Итак, нам нужно научиться отстраняться от зримого «субъективного» насилия, насилия, совершаемого какой-либо четко опознаваемой силой. Отстранение позволяет нам распознать насилие, которое лежит в основе самих наших попыток борьбы с насилием и содействия толерантности. Метод универсален и исправно уничтожает любую очевидность. Есть и «символическое» насилие, воплощенное в языке и формах. Помимо него существует еще и то, что Жижек называет «системным насилием», под которым понимаются нередко катастрофические последствия спокойной работы наших экономических и политических систем.

Философией насилия на http://mirrorref.ru


Похожие рефераты, которые будут Вам интерестны.

1. Реферат ехносфера как объективация философского и научного рационализма. – Диагностика техносферы экзистенциальной философией. – Замечание по сравнительной патографии народов. – Глобализация техносферы. – Безальтернативность техногенной цивилизации

2. Реферат Модусы эстетизации экранного насилия

3. Реферат ВОЗРАСТАНИЕ ОРГАНИЗОВАННОГО НАСИЛИЯ В ГЛОБАЛЬНЫХ МАСШТАБАХ

4. Реферат Теории происхождения государства и права. Теория насилия

5. Реферат Теория насилия по вопросу происхождения государства и права

6. Реферат Есть 2 мирные формы насилия: закон и приличия

7. Реферат Терроризм как система насилия: явления, причины, противодействие

8. Реферат Есть 2 мирные формы насилия: закон и приличия И.Гете

9. Реферат Применение насилия как квалифицирующий признак состава преступления, предусмотренного ст. 282 УК РФ

10. Реферат Этимология и динамика вооруженного насилия в ближневосточных террористических организациях: сравнительный анализ