Новости

РЕАЛИИ КАК ЛИНГВИСТИЧЕСКОЕ ЯВЛЕНИЕ

Работа добавлена:






РЕАЛИИ КАК ЛИНГВИСТИЧЕСКОЕ ЯВЛЕНИЕ на http://mirrorref.ru

ГЛАВА 1. ЗНАЧЕНИЕ ПСИХОЛИНГВИСТИКИ  В ТЕОРИИ ПЕРЕВОДА

1.1.Понятие «перевод» и «переводимость»

Слово «перевод» многозначно, и у него есть два терминологических значения, представляющие интерес с позиций переводоведения.  Первое из них определяет перевод как мыслительную деятельность,процесс передачи содержания, выраженного на одном языке средствами другого языка. Второе называетрезультат этого процесса — текст устный или письменный [Виноградов В.С. 2001, стр. 5]. Несмотря на различие этих понятий, они  представляют собой диалектическое единство.

По определению А.В. Федорова,  одного  из основателей отечественного переводоведения,  перевод означает умение «выразить верно и полно средствами одного языка то, что уже выражено ранее средствами другого языка» [Федоров А.В. 1953, стр. 10].

В зависимости от взглядов исследователей, их целей и принадлежности к определенной лингвистической школе перевод определялся как

 - процесс   описания при помощи языка перевода денотатов, описанных на языке оригинала;

- преобразование структуры речевого произведения, в результате которого, при сохранении неизменным плана содержания, меняется план выражения  -  один язык заменяется другим;

  - преобразование единиц и структур  исходного языка  в единицы и структуры  переводящего языка;

   - раскрытие сущности эквивалентных отношений между содержанием оригинала и перевода.

Р.О.Якобсон выделяет три вида перевода: внутриязыковой, межъязыковой и межсемиотический.

Внутриязыковым переводом он называет переименование вербальных знаков языка посредством других знаков того же языка.

Межъязыковой перевод определяется как перекодировка вербальных знаков одного языка знаками другого языка.

Межсемиотический перевод представляет собой интерпретацию вербальных знаков посредством невербальных знаковых систем.

В настоящей работе рассматривается межъязыковой перевод, который О.Р.Якобсон называет "собственно переводом" [Якобсон О.Р 1978, стр. 18].

Термин "перевод" в дефиниции В.Н. Комиссароваопределяется как  вид языкового посредничества, при котором содержание иноязычного текста оригинала передается на другой язык путем создания на этом языке коммуникативно равноценного текста.

В.С.Виноградов определяет перевод  как "вызванный общественной необходимостью процесс  и результат  передачи информации (содержания), выраженных в письменном или устном тексте на одном языке, посредством эквивалентного (адекватного) текста на другом языке"  [Виноградов В.С. 2001, стр.14].

Под эквивалентностью (адекватностью) в теории перевода понимают    сохранение относительного равенства содержательной, смысловой, семантической, стилистической и функционально — коммуникативной информации, содержащейся в оригинале и переводе.

Критерии оценки перевода как результата переводческой деятельности очевидны из определения перевода как процесса.  Так, А.В. Федоров  выделяет в качестве основополагающего критерий  сохранения национального и исторического колорита,  позволяющего отобразить  национальное своеобразие подлинника, его связь со средой, в которой он был создан.

В.С. Виноградов  утверждает, что  главным в переводе является "передача смысловой информации текста. Все остальные ее виды и характеристики, функциональные, стилистические (эмоциональные), стилевые, социолокадьные и т. п. не могут быть переданы без воспроизведения смысловой информации, так как все остальное содержание компонентов сообщения наслаивается на смысловую информацию, извлекается из нее, подсказывается ею, трансформируется в образные ассоциации" [Виноградов В.С. 2001, стр. 19].

С понятием "перевод" связана идея "переводимости", возникшая в отечественном переводоведении в 20 – 30х годах 20 столетия. Отвергая общепринятое утверждение о непереводимости иноязычного текста, основанное на существенных формальных различиях между языками, переводчики достигли успехов на уровне функциональных соответствий. Конечной целью перевода стало   не   дословное воспроизведение оригинала, а воссоздание единства его содержания и формы  в языке перевода. Это стало возможным при рассмотрении литературного произведения как единого целого, носящего отпечаток индивидуального стиля автора и национального духа общности,   которой он принадлежит.

1.2Психолингвистический аспект перевода

Познание сущности перевода как особого вида речевой деятельности заставляет рассмотреть его с точки зрения психолингвистики. Объектом исследования психолингвистики является речевая деятельность в целом, перевод же является наименее изученным ее проявлением с позиций этой отрасли знания.

Многие отечественные и зарубежные лингвисты  отмечали проявления  психологического аспекта в  языке и речи.  Так, по мнению Штейнталя, языкознание  относится к числу психологических наук, поскольку речь — это духовная деятельность, подобно тому, как к психологическим наукам относится и учение о мышлении и воле, т.е. учение о возникновении мыслей и волевых импульсов. Язык определяется им как  выражение осознанных внутренних, психологических и духовных движений, состояний и отношений посредством артикулируемых звуков. Всё его внимание было сосредоточено на индивидуальном акте речи как психической деятельности. Штейнталь полагал, что  даже простые звуки, артикуляции, могут быть подвергнуты чисто психологическому наблюдению, будучи обусловленными  духовным началом.

Для Шлейхера язык есть звуковое выражение мысли. Задачей языка, с точки зрения исследователя, является создание звукового образа представлений, понятий  и существующих между ними отношений, другими словами, язык предназначен для  воплощения в звуках процесса мышления.

Считая перевод видом речевой деятельности, теоретики указывают на психологическую природу его этапов. Первый заключается в осмыслении текста на иностранном языке, а другой — в воспроизведении его на родной язык [Виноградов В.С. 2001, стр.29].   Первый этап переводческой деятельности -    восприятие  текста - представляет собою чрезвычайно сложный сенсорно-мыслительный процесс, основанный на разнообразных видах и формах аналитической и синтезирующей работы органов чувств и мозга. На этом этапе переводчик стремится как можно полнее понять оригинальный текст, а когда речь идет о художественном и публицистическом тексте, то и «прочувствовать» и осознать его эстетическую ценность и характер воздействия на читателя или слушателя.

Этап восприятия художественного текста распадается  по крайней мере на две фазы: допереводное восприятие,   когда переводчик старается глубоко осмыслить  произведение, осознать его художественную ценность и определить его стилистическое своеобразие, и собственно переводное восприятие, т. е. непосредственное восприятие конкретных слов, предложений, фраз, абзацев и т. д. в момент перевода.

Во второй фазе восприятия переводчик оперирует анализом и синтезом, воспринимая смысл отдельных элементов (слов и словосочетаний) сообщения и смысл каждой фразы исходного языка.

По наблюдениям психологов и лингвистов, исследовавших  процесс речевой деятельности,  при восприятии и понимании человек усваивает смысл идеи и понятия, а не сами слова, но что это усвоение возможно только потому, что формирование понятия уже прошло вербальный этап, что оно сформировалось на основе слова. [Чернов Г.В. 1978, стр. 53—56].

По завершении процесса пофразового осмысления текста оригинала начинается   воссоздание на языке перевода  воспринятой фразы оригинала.  Цикл воспроизведения можно выделить фазы перевыражения и идентификации. Восприняв семантическую и эмоционально-экспрессивную информацию, заключенную в подлежащей переводу фразе, переводчик воссоздает эту информацию в лексических единицах языка перевода, стремясь сохранить ее полный объем.

За перевыражением следует фаза идентификации; происходит   обработка текста перевода, ведущая  к созданию художественного произведения на языке перевода, идентичного (адекватного) подлиннику по своему смысловому, функционально-стилистическому и идейно-художественному содержанию [Виноградов В.С. 2001, стр. 30 - 32].

С этапами переводческой деятельности можно сопоставить разработанное в психолингвистике учение о структуре речевого действия, включающей в себя фазу планирования (программирования), фазу осуществления и фазу сопоставления [Швейцер А.Д. 1973, стр. 21].

Представителями различных школ и направлений лингвистики и психолингвистики делали попытки описать процесс перевода и выдвигали гипотетические модели его построения. Наиболее известными в настоящее время  являются  ситуативная, семантическая, коммуникативная, информативная, трансформационная модели.

Ситуативная (денотативная) модель исходит из того факта, что неизменной (инвариантной) основой языковых единиц оригинала и перевода является соотнесенность этих единиц с предметами, явлениями и данностями самой действительности. В лингвистике их называют денотатами или референтами.   Исходя из этого, перевод понимается как процесс замены материальных знаков денотатов (т.е. слов) одного языка знаками другого языка, соотносимыми с теми же денотатами. В случае отсутствия  какого-либо денотата   в обществе, которое обслуживает язык перевода,  для сохранения смысла переводимого текста и правильного воспроизведение ситуации  применяются приемы переводческой компенсации.

Семантическая модель процесса перевода строится с учетом компонентного анализа содержательных единиц языка и наличия регулярных межъязыковых соответствий. Предполагается, что в процессе перевода в оригинальном тексте вычленяются все элементарные содержательные единицы и их компоненты и им подбираются в языке перевода равнозначные или сходные по содержанию единицы. Таким образом,  перевод сводится к анализу содержательных компонентов исходного текста  и синтезу смысла в материале языка перевода.

Коммуникативная модель   рассматривает перевод как акт двуязычной коммуникации, в котором есть сообщение, его отправитель и получатель, код (язык) и канал связи (письменная или устная речь). Процесс перевода осуществляется по следующей  схеме:   отправитель кодирует сообщение и передает его по соответствующему каналу, получатель   осмысляет  и затем перекодирует воспринятую информацию с помощью нового кода и передает ее для получателя по тому же или другому каналу с сохранением жанровых особенностей исходного сообщения. Коммуникативная модель перевода основана на   положениях теории связи, а язык человека рассматривается как своеобразный код. Переводчик считается участником процесса коммуникации, выполняющим двойную функцию - получателя и отправителя информации.

 Трансформационная модель, по мнению Ю.Найды, достаточно точно отражает характер языкового поведения переводчика. Данная модель отображает три стадии перевода: анализ,  перенос и реконструирование.  На стадии анализа в сознании переводчика оригинальный текст   расщепляется  на ядерные структуры. Стадия переноса подразумевает замещение ядерных структур языка оригинала эквивалентными структурами языка перевода, которые на стадии реконструирования  преобразуются в реальный текст перевода, соответствующий оригиналу.  При построении этой модели перевод трактуется как преобразование текста исходного языка в текст на языке перевода.

Сущность одноэтапной процедуры перевода, основанной на грамматических трансформациях, состоит в том, чтобы сформулировать правила, по которыми единицы исходного языка или их сочетания заменяются на соответствующие им формы в языке перевода. Данная схема перевода основана на применении правил на уровне поверхностных структур языка. Ю.Найда считает ее неадекватной.

Сторонники информативной  модели  рассматривают любой   устный или письменный текст и его основную единицу - слово -  в качестве  носителей самой разнообразной информации. Задачей переводчика является воспринять и осмыслить информацию, включая ее стилистические, ситуативные, функциональные и прочие особенности. Процесс восприятия  текста  происходит одновременно с процессом  его воспроизведения на основе имеющихся информационных эквивалентов в языке перевода.     Информативная модель учитывает интеллектуальные характеристики  автора  и   переводчика  текста, своеобразие культур и мировоззрения  сопоставляемых  языковых  общностей, а так же ситуативные и коммуникативные условия порождения исходного текста.  Сторонники информативной модели выдвинули тезис о том,  что в сознании рецептора (переводчика) происходит одновременно анализ и синтез содержательных компонентов; воспроизведение информации осуществляется на уровне предложений.

Анализируя переводы, А.Д.Швейцер приходит к заключению о том, что процесс перевода нельзя свести к какой-либо одной модели. Наряду с грамматическими трансформациями, имеющими место  при семантическом анализе текста и построении конечного высказывания, в переводе применяются и методы лексико-синтаксического перефразирования, и семантические модификации, и, в ряде случаев, одноэтапная процедура нахождения прямых соответствий.

Психолингвистическому анализу речевой деятельности была подвергнута    переводческая компетенция, или  способность к переводу. По определению Р.Штольце, переводческая компетенция включает способность понимания иноязычного текста и способность создания текста на языке перевода. Способность переводить во многом определяют жизненный опыт переводчика, идиоматическое владение языком перевода, знание элементов соприкасающихся в процессе перевода культур.

В.Вильс предлагает более детальную характеристику переводческой деятельности, дифференцируя ее

по жанру (научно-технический текст, художественный текст и т.д.) и

по направлению (с родного языка на иностранный и с иностранного на родной).

Каждой из этих частичных компетенций соответствует две субкомпетенции (рецептивная в сфере языка оригинала и репродуктивная в сфере языка перевода). Обе субкомпетенции взаимно дополняют друг друга и образуют основу компетенции, необходимой переводчику для передачи сложных в содержательном и стилистическом отношении текстов с необходимой степенью коммуникативной эквивалентности.

К теории перевода применимо понятие коммуникативной компетенции, разработанное  Д.Хаймсом и означающее способность говорящего выбирать из доступной ему совокупности грамматически правильных форм те, которые должным образом отражают нормы поведения в реальных актах взаимодействия [цит. По Швейцер А.Д. 1973, стр. 23 - 26]. Коммуникативная компетенция включает следующие параметры:

- грамматическая правильность;

реализуемость;

приемлемость;

встречаемость.

Непосредственно к переводу можно применить параметры приемлемости и встречаемости.

Приемлемость, т.е. соответствие высказывания контексту или ситуации,  подразумевает  учет  как отражаемой в тексте «неязыковой ситуации, гак и контекста, в котором допускается использование той или иной формы в исходном языке и в языке перевода, а также   учет коммуникативной ситуации порождения исходного текста с ее участниками, ролевыми отношениями и коммуникативными установками и ситуации перевода с аналогичными параметрами.

Понятие встречаемости также приобретает особый смысл применительно к переводу. Нередко единицы-аналоги существуют в обоих языках, но существенно отличаются друг от друга своей частотностью (встречаемостью), следовательно, перевод необходимо осуществлять преимущественно теми единицами, которые преобладают в языке перевода.

Переводческая компетенция, по заключению А.Д. Швейцера,  представляет собой сложную и многомерную категорию, включающую такие   характеристики, как

"переводческое" владение двумя языками;

способность к   видению исходного текста глазами носителя другого языка и другой культуры;

владение технологией перевода;

знание норм языка перевода;

знание переводческих норм, определяющих выбор стратегии перевода;

знание норм данного стиля и жанра текста;

определенный минимум "фоновых знаний", необходимых для адекватной интерпретации исходного текста.

ГЛАВА2. РЕАЛИИ КАК ЛИНГВИСТИЧЕСКОЕ ЯВЛЕНИЕ

2.1. Определение и сущность реалий

Как лингвистическое явление реалии относятся к категории безэквивалентной лексики. Они являются частью фоновых знаний и представляют собой значи-тельный интерес при исследовании взаимодействия языка и культуры. «Специалисты все больше внимания уделяют социальной стороне языка, которая непо-средственно отражает его взаимодействие с жизнедеятельностью народа на нем говорящего» [1, с. 4].

Основная проблема, с которой сталкивается переводчик при передаче ре-ференциальных значений, выраженных в исходном тексте, - это несовпадение круга значений, свойственных единицам исходного языка (ИЯ) и переводящего языка (ПЯ). Л.С. Бархударов отмечает, что все типы семантических соответствий между лексическими единицами двух пунктов можно свести к трем основным: полное соответствие; частичное соответствие; отсутствие соответствия [5, с. 74].

В тех случаях, когда соответствие той или иной лексической единице одного языка в словарном составе другого языка полностью отсутствует, принято говорить о безэквивалентной лексике. Этот термин ввели Е.М. Верещагин и В.Г. Костомаров.

Под безэквивалентной лексикой они понимают «слова, служащие для выражения понятий, отсутствующие в иной культуре и в ином языке, слова, относящиеся к частным культурным элементам, т.е. к культурным элементам, характерным только для культуры А и отсутствующим в культуре В, а также слова, не имеющие перевода на другой язык, одним словом, не имеют эквивалентов за пре-делами языка, к которому они принадлежат» [10, с. 53].

При этом отмечается, что характерной чертой безэквивалентных слов является их непереводимость на другие языки с помощью постоянного соответствия, их несоотнесенность с некоторым словом другого языка. Но это не обозначает того, что они совсем непереводимы.

Само собой разумеется, что возможность правильно передать обозначения вещей, о которых идет речь в подлиннике, и образов, связанных с ними, предпола-гает знание действительности, изображенной в переводимом произведении. За этими знаниями, как в страноведении, так и в сопоставительном языкознании и теории перевода закрепилось определение «фоновых».

Фоновые знания – это «совокупность представлений о том, что составляет реаль-ный фон, на котором развертывается картина жизни другой страны, другого наро-да» [60, с. 146].

Е.М. Верещагин и В.Г. Костомаров определяют их, как общие для участников коммуникативного акта знания [10, с. 126].

Фоновые слова представляют собой значительный интерес при исследовании сложного взаимодействия языка и культуры. Е.И. Шумагер отмечает, что фоновые слова – это лексические единицы, на первый взгляд самые обычные, свободно пе-реводящиеся на иностранные языки, которые содержат, однако, ценную информацию о специфически национальной внеязыковой деятельности [67, с. 124].

Для теории и практики перевода большое значение играет одна из групп фо-новых знаний – та, которая относится к явлениям специфическим для иной культу-ры, иной страны и необходима читателям переводимого произведения, чтобы без потерь усвоить в деталях его содержание. Такой частью фоновых знаний являются слова-реалии. В лингвистике существует несколько определений реалий.

Согласно определению О.С. Ахмановой, реалии – это «в классической грамматике разнообразные факторы, изучаемые внешней лингвистикой, такие, как государственное устройство страны, история и культура данного народа, язы-ковые контакты носителей данного языка и т.п. с точки зрения их отражения в данном языке» [11, с. 381].

Само слово «реалия» - латинское прилагательное среднего рода, множи-тельного числа (realis-e; мн. realia - «вещественный», «действительный»), превратившееся под влиянием аналогичных лексических категорий в существительное. О.С. Ахманова отмечает, что реалии – это также предметы материальной культуры [11, с. 381].

Следует отличать реалии-слова и реалии-предметы. Термин «реалия» в значении реалии-слова, в качестве знака реалии-предмета и как элемент лексики дан-ного языка, получил в переводческой литературе довольно широкое распространение [13, с. 16].

По определению Г.Д. Томахина, реалии – это «названия присущих только определенным нациям и народам предметов материальной культуры, фактов ис-тории, государственных институтов, имена национальных и фольклорных героев, мифологических существ и т.п.» [57, с. 13].

Таким образом, исследователь включает в понятие реалии наименования от-дельных предметов, понятий, явлений быта, культуры, истории данного народа или данной страны. Как видно из определения, Г.Д. Томахин дает опре в значении знака реалии-предмета, не затрагивая вопрос о переводе таких культурно-маркированных единиц.

Намойвзгляд наиболее полное определение реалии дают болгарские ученые С. Влахов и С. Флорин: «Реалии – это слова (и словосочетания), называющие объекты, характерные для жизни (быта, культуры, социального и исторического развития) одного народа и чуждые другому, будучи носителями национального и/или исторического колорита, они, как правило, не имеют точных соответствий (эквивалентов) в других языках, и, следовательно, не поддаются переводу на об-щем основании, требуя особого подхода» [13, с. 55].

Данное определение дано учеными с точки зрения перевода слов–реалий, поэтому представляет для нас большой интерес. «В процессе перевода противо-поставляются друг другу не только языки, но даже тексты, культуры и ситуации» [50, с. 148].

«Культура как система включает в себя язык» [68, с. 199] Реалии характерны для любого языка, им присущ ярко выраженный национальный колорит. Сопос-тавление различных языков и культур, по мнению Г.Д. Томахина, позволяет выделить следующие особенности употребления реалий:

1. Реалия свойственна лишь одному языковому коллективу, а в другом она отсутствует: Амер. drugstore - аптека - закусочная /Русс. аналога нет.

2. Реалия присутствует в обоих языковых коллективах, но в одном из них она имеет дополнительное значение: Амер. сlover leaf – клеверный лист; автодо-рожное пересечение с развязкой в виде клеверного листа.

3. В разных обществах сходные функции осуществляются разными реалиями: Амер. sponge – губка / Русс. мочалка (при мытье в ванной, в бане).

4. В разных обществах сходные реалии различаются оттенками своего зна-чения: cuckoo’s call –кукование кукушки в народных поверьях американцев предсказывает, сколько лет осталось девушке до свадьбы, в русских – сколько лет осталось жить [57, с. 14].

В реалиях наиболее наглядно проявляется близость между языком и культурой: появление новых реалий в материальной и духовной жизни общества ведет к возникновению соответствующих слов в языке. Отличительной чертой реалии яв-ляется характер ее предметного содержания. Реалии могут быть ограничены рам-ками даже отдельного коллектива или учреждения. Реалиям присущ и временной колорит [57, с. 13]. Как языковое явление, наиболее тесно связанное с культурой, эти лексические единицы быстро реагируют на все изменения в развитии общества; среди них всегда можно выделить реалии – неологизмы, историзмы, деление реалии архаизмы. Каждый из типов реалий требует индивидуального подхода при переводе.

По своим свойствам и функциям реалии близки к терминам и именам собст-венным. Исследователи культурно-маркированных единиц неоднократно отме-чают, что граница между терминами и реалиями весьма условна и очень подвиж-на. В ряде случаев достаточно сложно установить отличие языковых реалий от терминов. Но всё же есть признаки, по которым вполне возможно дифференцировать реалии от терминов.

Сфера применения терминов - это научная литература. Реалии, напротив, чаще используются в художественной литературе, где они служат не только сти-листическими целями, но и воссозданию национального, местного и исторического колорита [56, с. 16].

Термины создаются большей частью искусственно для наименования тех или иных понятий и предметов, для чего иногда используются греческие и латинские морфемы. Реалии возникают естественным путем, в результате народного словотворчества.

Термины, являясь наименованием каких-либо предметов, распространяются с распространением этих предметов, а реалии являются достоянием того народа, в культуре и языке которого они появились. [56, с. 17]. Терминам, как правило, не свойственна ни эмоциональность, ни образность, но реалии, имея специфиче-ские свойства, обычно обладают этими. С. Влахов и С. Флорин также отмечают, что термины принадлежат к единицам, переводимым эквивалентам почти в любом контексте, а реалии, как уже упоминалось выше, относятся к безэквивалентной лексике. От реалий термины отличаются и своим происхождением [56, с. 17].

Рассматривая соотношение реалий и имен собственных, необходимо заметить, что мнения исследователей по поводу принадлежности имени собственного к реалиям во многом расходятся. «Собственное имя всегда является носителем страноведческой, культурной информации» [53, с. 156].

Г.Д. Томахин из общей массы ономастической лексики выделяет ономасти-ческие реалии, которые, в отличие от обычных имен собственных, являются всегда национально окрашенными. К числу ономастических реалий он относит:

1. Географические названия (топонимы), особенно имеющие культурно-исторические ассоциации;

2. Антропонимы – имена исторических личностей, общественных деятелей, ученых, писателей, деятелей искусства, популярных спортсменов, персонажей художественной литературы и фольклора;

3. Названия произведений литературы и искусства; исторические факты и события в жизни страны; названия государственных и общественных учреждений и многое другое [54, с. 10] Аналогичной точки зрения придерживается А.В. Федоров [60].

2.2. Классификация реалий

На сегодняшний день нет единой классификации культурно-маркированных единиц, и исследователи предлагают различные классификации реалий, основываясь на тех или иных принципах.

Е.М. Верещагин и В.Г. Костомаров, взяв за основу материал русского языка, прокомментировали семь групп слов, наделенных национально-культурной семантикой:

1. Советизмы, т.е. слова, выражающие те понятия, которые появились в результате перестройки общественной жизни в Росси после Октябрьской революции (например: Верховный Совет, депутат) [2, с.60].

2. Слова нового быта тесно примыкают к советизмам (например: парк культуры, субботник, загс, зачетка) [2, с.61].

3. Наименования предметов и явлений традиционного быта (например: щи, бублик, валенки, гармошка) [2, с.62].

4. Историзмы, т.е. слова, обозначающие предметы и явления предшествующих исторических периодов (например: сажень, фут, верста, кафтан, уезд) [2, с.62].

5. Лексика фразеологических единиц (например: бить челом, узнать всю подноготную) [2, с.63].

6. Слова из фольклора (например: добрый молодец; не по дням, а по часам; суженый (-ая); чудо-юдо; жар-птица, домовой) [2, с.63].

7. Слова нерусского происхождения, так называемые тюркизмы, монголизмы, украинизмы и т.д. (например: тайга, базар, аркан, халат, изюм, плов и др.) [2,с.64].

Судя по вышеперечисленным группам, Е.М. Верещагин и В.Г. Костомаров характеризуют реалии как лексику, содержащую фоновую информацию. Согласно В.С. Виноградову, содержание фоновой информации охватывает, прежде всего, специфические факты истории и государственного устройства национальной общности, особенности географической среды, характерные предметы материальной культуры прошлого и настоящего, этнографические и фольклорные понятия и т.п. - т.е. все то, что в теории перевода обычно именуют реалиями [3, с.87]. Те понятия, которые отражают реалии, носят национальный характер и материализуются в так называемой безэквивалентной лексике [3, с.88]. В.С. Виноградов рассматривает проблему реалий на основе латиноамериканского материала. Запас лексических единиц, передающих исследуемую фоновую информацию, этот ученый подразделяет на ряд тематических групп:

1. Лексика, называющая бытовые реалии

а) Жилище, имущество;

б) Одежда, уборы;

в) Пища, напитки;

г) Виды труда и занятия; [3, с.91]

д) Денежные знаки, единицы меры;

е) Музыкальные инструменты, народные танцы и песни, исполнители;

ж) Народные праздники, игры;

з) Обращения; [3, с.92]

2. Лексика, называющая этнографические и мифологические реалии

а) Этнические и социальные общности и их представители;

б) Божества, сказочные существа, легендарные места;

3. Лексика, называющие реалии мира природы

а) Животные;

б) Растения;

в) Ландшафт, пейзаж; [3, с.93]

4. Лексика, называющая реалии государственно-административного устройства и общественной жизни (актуальные и исторические)

а) Административные единицы и государственные институты;

б) Общественные организации, партии и т.п., их функционеры и участники;

в) Промышленные и аграрные предприятия, торговые заведения;

г) Основные воинские и полицейские подразделения и чины;

д) Гражданские должности и профессии, титулы и звания; [3, с.94]

5. Лексика, называющая ономастические реалии

а) Антропонимы;

б) Топонимы;

в) Имена литературных героев;

г) Названия компаний, музеев, театров, ресторанов, магазинов, пляжей, аэропортов и т.п. [3, с.95]

6. Лексика, отражающая ассоциативные реалии

а) Вегетативные символы (например: мадроньо-поэтический символ Мадрида);

б) Анималистские символы (например: кабуре - хищная птица, перья которой, согласно поверью, обладают магической силой);

в) Цветовая символика (например: зеленый - цвет надежды (Панама, Чили), символ будущего; желтый - цвет траура (Испания, сред. века);

г) Фольклорные, исторические и литературно-книжные аллюзии. В них содержатся намеки на образ жизни, поведение, черты характера, деяния и т.п. исторических, фольклорных и литературных героев, на исторические события, на мифы, предания и т.п. [3, с.96]

д) Языковые аллюзии. Они обычно содержат намек на какой-либо фразеологизм, пословицу, поговорку, крылатую фразу или ходячее выражение. [3, с.97]

Ассоциативные реалии связаны с самыми различными национальными историко-культурными явлениями и весьма своеобразно воплощены в языке. Такие реалии не нашли свое отражение в специальных словах, в безэквивалентной лексике, а «закрепились» в словах самых обычных (например: цвета, символы). Г.Д. Томахин также выделяет этот же тип реалий, но называет их коннотативными реалиями - «лексические единицы, которые, обозначая самые обычные понятия, выражают вместе с тем смысловые и эмоциональные «фоновые оттенки» [13, с.41-42].

Коннотативные реалии противопоставлены денотативным - лексическим единицам, семантическая структура которых целиком заполнена фоновой лексической информацией [13 с.41]. Коннотативные реалии находят свое материализованное выражение в компонентах значений слов, в оттенках значений слов, в эмоционально-экспрессивных обертонах, во внутренней форме слова и т.п., обнаруживая информационные несовпадения понятийно сходных слов в сравниваемых языках. Таким образом, словам «солнце», «луна», «море», «красный» и т.п., воплощающим в себе общечеловеческие фоновые знания, сопутствуют в художественных текстах того или иного языка страноведческие фоновые знания, фоновая информация, обусловленная ассоциативными реалиями [13, с. 42].

Итак, В.С. Виноградов рассматривает и системати